Об отце Михаиле Гоенко

03.07.2011 03:01 Протоиерей Леонид Константинов Библиотека собора: Книги - К003
Печать

Протоиерея Михаила Гоенко я не узнал бы по-настоящему, если бы не случилось одно очень примечательное событие.

В августе 1990 года белгородские власти наконец-то возвратили Церкви Преображенский собор, много лет использовавшийся под краеведческий музей. Храм представлял из себя мёртвый улей. Архиепископ Курский и Белгородский Ювеналий (Тарасов) утвердил меня настоятелем Иоасафовского храма. В храмах тогда вся власть принадлежала «тройке», назначаемой обычно из неверующих людей. Много сделали они зла для Святой Церкви, но Бог им Судья.

В нашем храме всем заправляла матёрая активистка М.Уварова. Со священниками не считалась, владела всей церковной казной, материально подпитывала уполномоченного.

Я понимал всю сложность моего положения рядом с таким безнравственным человеком и предпринял попытку избавиться от неё на законном основании. Для утверждения меня настоятелем был собран церковный совет. Вести собрание архиепископ Ювеналий прислал из Курска отца Михаила Гоенко. Когда началось собрание, прибыл сам уполномоченный — чиновник по делам религий. Он стеной стоял за Уварову. Она чувствовала поддержку и вела себя вызывающе. Во мне, конечно, всё кипело, но отец Михаил был удивительно спокоен и только нет-нет да и глотал сердечные таблетки. Я восхищался этим человеком и завидовал его железной выдержке.

«Действительно, — думал я, — что толку, если я повышаю голос и кричу, пусть даже я трижды прав и моё желание справедливо. Ведь этим я только показываю свою слабость. А отец Михаил даже сейчас, в такой сложной обстановке, негласно учит меня тому, что, сохраняя спокойствие духа, можно добиться гораздо большего результата. Как жаль, что у меня нет такого отца».

Собрание, однако, продолжалось. И отец Михаил продолжал глотать свои таблетки. Что это ему стоило и ради чего? Ведь не своего сына он защищал. Помню, что баталия тогда окончилась вничью. Уварова ещё осталась. Она почувствовала, что ей нанесён удар, и что-то ломается в её системе.

После собрания я пригласил отца Михаила к себе. Матушка моя любезно встретила нас, усадила за чай, и некоторое время мы провели в мирной дружеской беседе. Оба отдыхали от нахлынувших переживаний.

Никогда не забуду эту встречу и этого замечательного человека, от которого пришлось так много узнать и научиться. Проводил я отца Михаила уже под вечер. Ему предстояла долгая дорога до Курска, и на прощание я пожелал ему доброго пути. А вскоре, в конце сентября, Господь ещё раз свёл меня с этим человеком, на этот раз в Курской Коренной пустыни.

Во время Божественной литургии мы с батюшкой причастились из одной Чаши. А после службы он подошёл ко мне и поинтересовался, как сейчас обстоят дела у меня на приходе, и в частности в отношениях с Уваровой. Я, не кривя душой, поведал ему, как на исповеди, все свои радости и невзгоды. А он спокойно, как и всегда, своим удивительно мягким голосом сказал и утешил: «Отец Леонид, недавно читал в «Курских епархиальных ведомостях» вашу статью «Слава Фавора». Ведь вы же дипломат, так хорошо пишете. Не обращайте внимания на мелочи жизни. Они неизбежны. Будьте выше этого». В ответ я с благодарностью поклонился мудрому батюшке, потому что возразить на эти золотые слова было нечего.

А вскоре пришла весть, что отца Михаила не стало. И тогда я снова вспомнил его таблетки, его самообладание и выдержку — и вдруг понял, чего ему всё это стоило!

С тех пор прошло уже немало лет. У меня выросли дети и появились внуки. Но до сих пор в литургической молитве одним из первых поминаю дорогого батюшку — замечательного человека и доброго пастыря нашей Святой Церкви — протоиерея Михаила Гоенко!

2000 г.

 
niceText